Судебная практика ст228 ч4 ук рф

Судебная практика ст228 ч4 ук рф

«4» февраля 2015 года

ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ

ПРЕЗИДИУМА НИЖЕГОРОДСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

ЗА ЧЕТВЕРТЫЙ КВАРТАЛ 2014 ГОДА

1. Приговор в части осуждения за покушение на незаконный сбыт наркотического средства отменен, поскольку для установления причастности виновного к незаконному обороту наркотических средств было достаточно проведения первой проверочной закупки, оснований для продолжения оперативно-розыскных мероприятий не имелось.

Приговором Приокского районного суда г. Нижнего Новгорода Нижегородской области от 16 января 2013 год И. признан виновным и осужден за покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный в крупном размере, имевшие место 4 и 8 октября 2012 года в г.Нижнем Новгороде Нижегородской области.

В апелляционном порядке указанный приговор не рассматривался.

Президиум отменил указанное судебное решение в отношении И. в части осуждения его за покушение на незаконный сбыт наркотического средства от 8 октября 2012 года по основаниям, предусмотренным п. 1 ч.2 ст. 389.17, ч.1 ст. 401.15 УПК РФ, в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, то есть ввиду обоснования приговора недопустимыми доказательствами, повлиявшими на исход дела, указав следующее.

В соответствии с п. 4 ст. 6 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «проверочная закупка» предусмотрена в качестве одного из видов оперативно-розыскных мероприятий, проводимых при осуществлении оперативно-розыскной деятельности.

Согласно ст. 7 указанного Закона основаниями для проведения оперативно-розыскных мероприятий являются в том числе: наличие возбужденного уголовного дела; ставшие известными органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, сведения о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния, а также о лицах, его подготавливающих, совершающих или совершивших, если нет достаточных данных для решения вопроса о возбуждении уголовного дела; событиях или действиях (бездействии), создающих угрозу государственной, военной, экономической или экологической безопасности Российской Федерации.

Результаты оперативно-розыскного мероприятия могут быть положены в основу приговора, если они получены в соответствии с требованиями закона и свидетельствуют о наличии у виновного умысла на незаконный оборот психотропных веществ, сформировавшегося независимо от деятельности сотрудников оперативных подразделений, в том числе и о проведении лицом всех подготовительных действий, необходимых для совершения противоправного деяния.

Как усматривается из материалов уголовного дела, для получения доказательств незаконного сбыта наркотических средств И., сотрудниками ОУР ОП УМВД России по г.Нижнему Новгороду была использована помощь Г., действовавшего в рамках проводимых оперативно-розыскных мероприятий.

При этом, оперативное мероприятие «проверочная закупка» 4 октября 2012 года проводилось сотрудниками ОУР ОП УМВД России по г.Нижнему Новгороду на основании имевшихся сведений о том, что И. реализует наркотические средства по цене 250 рублей за «чек» около подъезда своего дома, в котором проживает. Потребители наркотических средств договариваются о количестве наркотиков непосредственно при встрече с И., предварительно созваниваясь с ним по сотовому телефону для уточнения места и времени встречи, о чем свидетельствует имеющееся в материалах уголовного дела постановление о проведении оперативно-розыскного мероприятия «проверочная закупка» от 4 октября 2012 года.

По результатам проведения указанного оперативно-розыскного мероприятия, была подтверждена полученная информация о преступной деятельности И. и выявлен факт незаконного сбыта им наркотического средства Г.

После проведения указанной «проверочной закупки» сотрудниками ОУР УМВД России по г.Нижнему Новгороду вновь 8 октября 2012 года было проведено аналогичное оперативно-розыскное мероприятие в отношении того же лица – И., с участием того же закупщика Г. При этом, как следует из постановления о проведении «проверочной закупки» от 8 октября 2012 года, целью проведения данного оперативно-розыскного мероприятия являлось задержание фигуранта, привлечение его к уголовной ответственности, а также установление каналов поступления наркотических веществ на территорию Приокского района г.Нижнего Новгорода.

Однако каких-либо сведений о том, что дальнейшее продолжение оперативно-розыскных мероприятий в отношении осужденного обеспечило выявление новых аспектов его преступной деятельности, ранее не известных оперативным сотрудникам, из материалов уголовного дела не усматривается. Более того, из показаний оперативных сотрудников следует, что каналы приобретения наркотических средств они узнали от самого И. после его задержания; только после получения данной информации от осужденного, а также информации, полученной от свидетеля Я., проживающего в одной квартире с И., оперативниками была начата разработка каналов закупки наркотических средств И.; одновременно Я. подтвердил обоснованность вовлечения И. в оперативную разработку как проверяемого на причастность к незаконному обороту наркотиков, поскольку в силу совместного проживания с И. он был осведомлен о данной деятельности последнего, в том числе о фактах сбыта им наркотических средств наркозависимым лицам до 4 октября 2012 года.

Кроме того, как следует из показаний свидетелей Б., С., Е. еще до проведения первой «проверочной закупки» сотрудники ОУР располагали информацией о причастности И. к незаконному обороту наркотических средств в Приокском районе г.Нижнего Новгорода. Для проверки оперативной информации было принято решение о проведении проверочной закупки. В качестве «закупщика» согласился принять участие Г. При этом Г. подтвердил, что ранее сам неоднократно приобретал наркотические средства у И. В ходе проведения данного оперативно-розыскного мероприятия велось непосредственное оперативное наблюдение. При этом из показаний оперативных сотрудников следует, что 4 октября 2012 года наркотическое средство Г. передал именно осужденный И.

Таким образом, установив причастность И. к незаконному сбыту наркотических средств 4 октября 2012 года и имея возможность пресечь его действия, сотрудники ОУР ОП УМВД России по г.Нижнему Новгороду не сделали этого, а продолжили проведение в отношении него оперативно-розыскного мероприятия.

Признавая повторное проведение оперативно-розыскного мероприятия законным, суд указал в приговоре, что участие сотрудников полиции при проведении ОРМ 8 октября 2012 года не являлось по своему характеру провоцирующим И. на совершение преступления, поскольку по результатам судебного следствия суд констатировал, что действия И., связанные с незаконным оборотом наркотических средств, он совершал самостоятельно, в отсутствие каких-либо склонений и уговоров со стороны сотрудников полиции. Умысел И., направленный на сбыт наркотических средств 8 октября 2012 года, сформировался у него вне зависимости от деятельности органов полиции.

Вместе с тем, принимая указанное решение, суд не учел, что при сбыте наркотических средств Г. 4 октября 2012 года осужденный не высказывал «закупщику» намерение продать ему наркотические средства еще и 8 октября 2012 года. Более того, в ходе проведения повторной проверочной закупки именно сотрудники полиции посредством привлеченного лица Г. выступили с предложением к И. продать наркотическое средство, которое он, как следует из материалов дела, не намеревался до этого момента продать Г.

При таких обстоятельствах оперативно-розыскное мероприятие в виде проверочной закупки наркотического средства у И. 8 октября 2012 года было проведено при отсутствии предусмотренных ст.7 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» законных оснований, поскольку по настоящему делу не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что без вмешательства сотрудников полиции И. продал бы наркотическое средство 8 октября 2012 года.

Фактически стороной обвинения не приведено доказательств того, что отказ оперативных органов от задержания И. и пресечения его преступной деятельности по результатам «проверочной закупки» 4 октября 2012 года реально обеспечил возможность получения в дальнейшем при осуществлении повторной «проверочной закупки» в отношении того же разрабатываемого лица таких новых значимых для дела данных о его преступной деятельности и причастных к ней лицах, которые объективно не могли быть установлены в рамках ранее реализованной аналогичной проверочной закупки 4 октября 2012 года.

Таким образом, в рассматриваемом уголовном деле правоохранительные органы после проведения первой «проверочной закупки» не имели своей задачей выявление каких-либо иных аспектов противоправной деятельности вышеуказанного лица, а лишь формально документировали совершаемые И. после 4 октября 2012 года под контролем полиции действия, направленные на сбыт наркотических средств, без выявления новых значимых для дела обстоятельств, ранее не установленных сотрудниками полиции, включая других (помимо И.) лиц, причастных к незаконному обороту наркотиков, источников их поставки.

При таких обстоятельствах президиум констатировал, что судебное решение в этой части в отношении И. подлежит отмене, а дело – прекращению за отсутствием в деянии состава преступления на основании п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ.

При этом в связи с отменой приговора в части осуждения И. по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 228.1 УК РФ (преступление от 8 октября 2012 года) и устранением тем самым необходимости избрания И. окончательного наказания по совокупности преступлений, из резолютивной части приговора было исключено указание суда о назначении ему наказания по совокупности преступлений с применением правил ч.3 ст. 69 УК РФ.

Постановление президиума от 22 октября 2014 года

2. Постановление суда о направлении уголовного дела по подсудности отменено, поскольку судом нарушены положения ч.3 ст.32 УПК РФ в соответствии с которой, если преступления совершены в разных местах, то уголовное дело рассматривается судом, юрисдикция которого распространяется на то место, где совершено большинство расследованных по данному уголовному делу преступлений или совершено наиболее тяжкое из них.

Постановлением судьи Канавинского районного суда г.Нижнего Новгорода Нижегородской области от 11 августа 2014 года уголовное дело в отношенииЕ., являющегося лицом, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, уличающегося в совершении деяний, запрещенных уголовным законом, предусмотренных ч.2 ст.210 УК РФ, ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ (в редакции Федерального закона от 19 мая 2010 года № 87-ФЗ), ч.3 ст.30, п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1, п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1, ч.3 ст.30, п.п.«а, г» ч.4 ст.228.1, ч.1 ст.30, п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1 УК РФ (в редакции Федерального закона от 1 марта 2012 года № 18-ФЗ), направлено по подсудности в Ленинский районный суд г. Нижнего Новгорода Нижегородской области.

Указанным постановлением также продлен срок нахождения Е. в психиатрическом стационаре.

В апелляционном порядке постановление судьи не обжаловано и вступило в законную силу 15 сентября 2014 года.

Указанное решение отменено президиумом по следующим основаниям.

В соответствии с ч.1 ст.47 Конституции РФ никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.

Также, исходя из правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в Постановлении от 6 апреля 2006 года № 3-П, следует, что, конкретизируя вытекающий из статей 46, 47 (часть1), 118 (части 1 и 3) Конституции Российской Федерации принцип законного (должного) суда, законодатель установил в Уголовно-процессуальном кодексе РФ предметную и территориальную подсудность уголовных дел: по общему правилу, уголовное дело подлежит рассмотрению в суде по месту совершения преступления, управомоченном на рассмотрение дел соответствующей категории.

На основании ч.3 ст.8 УПК РФ подсудимый не может быть лишен права на рассмотрение его уголовного дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено настоящим Кодексом.

В силу п.1 ч.1 ст.228 УПК РФ, судья по поступившему уголовному делу должен выяснить, в том числе, вопрос о подсудности уголовного дела данному суду.

Как следует из материалов настоящего уголовного дела, Е. является лицом, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, и уличается в совершении деяний, запрещенных уголовным законом, предусмотренных ч.2 ст.210 УК РФ (в редакции Федерального закона от 27 декабря 2009 года № 377-ФЗ), ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ (в редакции Федерального закона от 19 мая 2010 года № 87-ФЗ), ч.3 ст.30, п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1, п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1, ч.3 ст.30, п.п.«а, г» ч.4 ст.228.1, ч.1 ст.30, п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1 УК РФ (в редакции Федерального закона от 1 марта 2012 года № 18-ФЗ).

Данное уголовное дело с постановлением о применении принудительной меры медицинского характера в отношении Е., составленным старшим следователем следственной службы УФСКН РФ по Нижегородской области и утвержденным заместителем прокурора Канавинского района г. Нижнего Новгорода поступило в Канавинский районный суд г. Нижнего Новгорода для рассмотрения по существу.

Постановлением судьи Канавинского районного суда г.Нижнего Новгорода от 11 августа 2014 года, вынесенным по результатам предварительного слушания, уголовное дело в отношении Е. было направлено по подсудности в Ленинский районный суд г. Нижнего Новгорода.

Основанием для принятия такого решения послужило, как об этом указано в тексте постановления судьи, то, что два наиболее тяжких из совершенных Е. деяний, предусмотренных ст.228.1 ч.4 УК РФ, были совершены им на территории Ленинского района г. Нижнего Новгорода, а на территории Канавинского района г.Нижнего Новгорода были совершены последним два деяния, предусмотренные ст.ст.228.1 ч.3, 228.1 ч.4 УК РФ, поэтому, по мнению суда, исходя из положений ч.3 ст.32 УПК РФ, дело подлежит рассмотрению по существу Ленинским районным судом г.Нижнего Новгорода.

При этом суд первой инстанции также посчитал, что в случае рассмотрения поступившего уголовного дела в отношении Е. Канавинским районным судом г.Нижнего Новгорода будут нарушены положения ч.3 ст.8 УПК РФ и ч.1 ст.47 Конституции РФ.

Вместе с тем, согласно требованиям ч.3 ст.32 УПК РФ если преступления совершены в разных местах, то уголовное дело рассматривается судом, юрисдикция которого распространяется на то место, где совершено большинство расследованных по данному уголовному делу преступлений или совершено наиболее тяжкое из них.

В соответствии с постановлением о применении принудительной меры медицинского характера Е. уличается в совершении в составе преступного сообщества деяний, запрещенных уголовным законом, в сфере незаконного оборота психотропных веществ в Канавинском, Ленинском и Московском районах г. Нижнего Новгорода (ч.2 ст.210 УК РФ в редакции Федерального закона от 27 декабря 2009 года № 377-ФЗ, ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ в редакции Федерального закона от 19 мая 2010 года № 87-ФЗ, ч.3 ст.30, п.п.«а, г» ч.4 ст.228.1, п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1, ч.3 ст.30, п.п.«а, г» ч.4 ст.228.1, ч.1 ст.30, п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1 УК РФ в редакции Федерального закона от 1 марта 2012 года № 18-ФЗ).

Как видно из материалов уголовного дела, на территории Канавинского района г.Нижнего Новгорода были совершены два противоправных деяния, предусмотренные ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ (в редакции Федерального закона от 19 мая 2010 года № 87-ФЗ), п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1 УК РФ (в редакции Федерального закона от 1 марта 2012 года № 18-ФЗ), на территории Ленинского района г. Нижнего Новгорода- два деяния, предусмотренные ч.3 ст.30, п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1, ч.1 ст.30, п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1 УК РФ (в редакции Федерального закона от 1 марта 2012 года № 18-ФЗ), а на территории Московского района г.Нижнего Новгорода- одно деяние, предусмотренное ч.3 ст.30, п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1 УК РФ (в редакции Федерального закона от 1 марта 2012 года № 18-ФЗ).

Таким образом, наиболее тяжкое из вышеуказанных деяний, в совершении которых уличается Е., предусмотренное п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1 УК РФ (оконченный незаконный сбыт психотропных веществ, совершенный организованной группой, в крупном размере), имело место на территории Канавинского района г. Нижнего Новгорода.

Кроме того, как усматривается из материалов уголовного дела, основная доказательственная база, собранная органом предварительного следствия, по совершению Е. деяния, предусмотренного ч.2 ст.210 УК РФ (участие в преступном сообществе), также сосредоточена на территории Канавинского района г.Нижнего Новгорода.

Исходя из изложенного, у Канавинского районного суда г.Нижнего Новгорода Нижегородской области не имелось процессуальных препятствий для рассмотрения настоящего уголовного дела по существу.

связи с изложенным президиум постановил, постановление судьи Канавинского районного суда г.Нижнего Новгорода Нижегородской области от 11 августа 2014 года в части направления уголовного дела о применении принудительной меры медицинского характера в отношении Е. по подсудности в Ленинский районный суд г.Нижнего Новгорода Нижегородской области отменить, и уголовное дело в отношении Е. направить в Канавинский районный суд г.Нижнего Новгорода для рассмотрения по существу.

Постановление президиума от 29 октября 2014 года

3. Невыполнение судом императивно предписанной законодателем процедуры допуска к участию в судебном заседании представителей стороны государственного обвинения исключило возможность реализации подсудимыми и стороной защиты закрепленного за ними права на отвод указанных участников судопроизводства, что, в свою очередь, не позволяет констатировать, что обвинительный приговор соответствует критерию правосудности.

Приговором Балахнинского городского суда Нижегородской области от 6 марта 2013 года С. осужден по п. «в» ч.4 ст.162 УК РФ и по ч.4 ст.111 УК РФ; Г. осужден по п.п. «а,в,г» ч.2 ст.161 УК РФ.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Нижегородского областного суда от 25 июля 2013 года приговор Балахнинского городского суда Нижегородской области от 6 марта 2013 года в отношении Г. и С. оставлен без изменения.

Президиум отменил состоявшиеся судебные решения в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, повлиявшим на исход дела, указав следующее.

В соответствии с п. 5 ч. 4 ст. 47, ст. 61 УПК РФ подсудимые вправе заявить отвод государственному обвинителю.

В соответствии с ч.1 ст.266 УПК РФ председательствующий объявляет состав суда, сообщает, кто является обвинителем, защитником, потерпевшим, разъясняя сторонам право заявления отвода в соответствии со ст.68 УПК РФ.

Данные законодательные требования при рассмотрении настоящего уголовного дела не выполнены.

Согласно приговору суда от 6 марта 2013 года в судебном разбирательстве по уголовному делу в отношении Г. и С. в качестве государственных обвинителей участвовали старшие помощники Балахнинского городского прокурора У.А.В. и Г.Ю.А., впоследствии государственным обвинителем Г.Ю.А. было принесено апелляционное представление, однако согласно протоколу судебного заседания председательствующий не объявлял сторонам о замене государственного обвинителя и не разъяснял им право заявления отвода допущенному к участию в деле государственному обвинителю Г. Ю.А.

Таким образом, судом было допущено существенное ограничение конституционных прав подсудимых.

Невыполнение судом императивно предписанной законодателем процедуры допуска к участию в судебном заседании представителей стороны государственного обвинения исключило возможность реализации подсудимыми и стороной защиты закрепленного за ними права на отвод указанных участников судопроизводства, что, в свою очередь, не позволяет констатировать, что обвинительный приговор в отношении Г. и С. соответствует критерию правосудности.

Указанные нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции, повлияли на постановление законного и обоснованного приговора по данному уголовному делу.

При таких обстоятельствах состоявшиеся судебные решения были отменены, а уголовное дело в отношении Г. и С. направлено на новое судебное рассмотрение.

Постановление президиума от 19 ноября 2014 года

Ошибки, возникающие при рассмотрении жалоб в порядке ст.125 УПК РФ

Постановлением судьи Лысковского районного суда Нижегородской области от 22 июля 2013 года, Б. отказано в принятии к рассмотрению жалобы в порядке ст.125 УПК РФ о признании незаконным бездействия начальника управления прокуратуры Нижегородской области по обеспечению участия прокуроров в рассмотрении уголовных дел судами, возложении обязанности устранить допущенное нарушение, о принятии мер к отмене решения прокурора и вынесении определения о проведении повторной проверки по уголовному делу с последующим возбуждением производства в порядке ст.ст.413-416 УПК РФ.

Апелляционным постановлением судьи Нижегородского областного суда от 5 февраля 2014 года постановление судьи Лысковского районного суда Нижегородской области от 22 июля 2013 года оставлено без изменения.

Президиум, отменяя принятые по делу решения, указал следующее.

Как установлено материалами дела Б. обратился в прокуратуру Нижегородской области с ходатайством о возобновлении производства по рассмотренному в отношении него уголовному делу ввиду новых обстоятельств вследствие допущенных, по его мнению, в ходе производства предварительного следствия нарушений норм УПК РФ, которые он трактует как основание для иной оценки обстоятельств, исследованных в рамках указанного выше уголовного дела.

14 ноября 2012 года Б. начальником управления прокуратуры Нижегородской области по обеспечению участия прокуроров в рассмотрении уголовных дел судами было письменно отказано в возобновлении производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств, предусмотренных ст. 413 УПК РФ. Данный отказ не был оформлен в виде постановления.

12 декабря 2012 года заявитель Б. обратился в Лысковский районный суд Нижегородской области с жалобой в порядке ст.125 УПК РФ.

Постановлением судьи Лысковского районного суда Нижегородской области от 22 июля 2013 года Б. в принятии указанной жалобы в порядке ст.125 УПК РФ отказано, как не приемлемой к рассмотрению. При этом судом первой инстанции указано, что письмо прокурора в ответ на жалобу заявителя не может являться предметом проверки в порядке ст.125 УПК РФ.

В силу положений ч.1 ст.125 УПК РФ (в редакции Федерального закона от 23 июля 2013 года № 220-ФЗ) постановления дознавателя, следователя, руководителя следственного органа об отказе в возбуждении уголовного дела, о прекращении уголовного дела, а равно иные решения и действия (бездействие) дознавателя, следователя, руководителя следственного органа и прокурора, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию, могут быть обжалованы в районный суд по месту совершения деяния, содержащего признаки преступления.

По смыслу закона, жалоба на постановление прокурора об отказе в возбуждении производства ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств подлежит рассмотрению в порядке, предусмотренном ст. 125 УПК РФ.

Кроме того, в соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Определении от 21 июня 2011 года № 801-О-О, заявитель не лишен права обжаловать отказ прокурора в возбуждении производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств даже в случае, если такой отказ не оформлен в виде постановления.

Однако, вопреки приведенным положениям, содержащимся в решении Конституционного Суда РФ, суд отказал заявителю Б. в принятии жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ о признании незаконным бездействия начальника управления прокуратуры Нижегородской области по обеспечению участия прокуроров в рассмотрении уголовных дел судами, как неприемлемой к рассмотрению, исключительно по мотиву изложения отказа в возбуждении производства по делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств в форме письма, а не в форме постановления.

Вместе с тем, исходя из вышеизложенного, суду надлежало рассмотреть жалобу заявителя по существу и принять по ней решение, а не признавать ее неприемлемой к рассмотрению.

При таких обстоятельствах президиум констатировал, что вынесенные судебные решения не могут быть признаны законными, поэтому подлежат отмене, а материал судебно-контрольного производства по жалобе Б. в порядке ст.125 УПК РФ – направлению на новое судебное рассмотрение.

Постановление президиума от 29 октября 2014 года

1. Под хранилищем по делам о хищениях понимаются хозяйственные помещения, обособленные от жилых построек, участки территории, трубопроводы, иные сооружения, независимо от собственности, которые предназначены для постоянного или временного хранения материальных ценностей. Витрина же в магазине, являющаяся по своей сути обзорным оборудованием, служит для демонстрации товара потенциальным покупателям, поэтому хранилищем как таковым не является.

Приговором Советского районного суда г. Нижнего Новгорода Нижегородской области от 15 ноября 2013 года К. осужден за совершение преступления, предусмотренного п.п. «б, в» ч.2 ст.158 УК РФ.

Судебная коллегия по уголовным делам Нижегородского областного суда, проверяя 27 мая 2014 года в апелляционном порядке указанный приговор, констатировала законность вынесенного судебного решения.

Президиум, изменяя состоявшиеся судебные решения в связи с неправильным применением уголовного закона, указал следующее.

Как установлено судом первой инстанции, 4 августа 2013 года в период с 16 часов 30 минут до 17 часов К., находясь на втором этаже торгового центра «Н», увидел лежащие в витрине магазина, принадлежащего индивидуальному предпринимателю Ш., золотые украшения, после чего у него возник противоправный умысел, направленный на тайное хищение данных украшений. В достижение поставленной цели, действуя умышленно, из корыстных побуждений, воспользовавшись тем, что продавец магазина не обращает на него внимания, действуя тайно, К. открутил два винта, удерживающих крышку витрины, незаконно проник в эту витрину и тайно похитил оттуда золотые изделия, принадлежащие предпринимателю Ш., на общую сумму 217796 рублей 15 копеек. С похищенным имуществом К. с места преступления скрылся, причинив потерпевшему значительный материальный ущерб на вышеуказанную сумму, распорядившись в дальнейшем похищенным по своему усмотрению.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции квалифицировал действия осужденного по пп. «б, в» ч.2 ст.158 УК РФ, в том числе по признаку «с незаконным проникновением в хранилище».

Вместе с тем, давая такую правовую оценку содеянному К., суд не учёл, что по смыслу закона под хранилищем по делам о хищениях понимаются хозяйственные помещения, обособленные от жилых построек, участки территории, трубопроводы, иные сооружения, независимо от собственности, которые предназначены для постоянного или временного хранения материальных ценностей. Витрина же в магазине, являющаяся по своей сути обзорным оборудованием, служит для демонстрации товара потенциальным покупателям, поэтому хранилищем как таковым не является. Оснащённость витрины различного рода устройствами, препятствующими свободному несанкционированному доступу в её внутреннее пространство посторонних лиц, не влияет на правовую характеристику данного торгового оборудования как исключительно демонстрационного.

При таких обстоятельствах президиум пришел к выводу о том, что в действиях К. отсутствует признак хищения «с незаконным проникновением в хранилище», в связи с чем, президиум исключил указанный квалифицирующий признак из осуждения К.

В связи с уменьшением объема обвинения осужденного вследствие исключения квалифицирующего признака, назначенное К. наказание за содеянное было соразмерно снижено.

Постановление президиума от 26 ноября 2014 года

2. Выводы суда о наличии в действиях обоих осужденных квалифицирующего признака разбоя «с применением предметов, используемых в качестве оружия (ножа)», признаны несостоятельными, поскольку в приговоре суда не приведено доказательств, бесспорно свидетельствующих о том, что умыслом одного осужденного охватывалось применение другим осужденным ножа против потерпевших как ранее оговоренного способа совершения разбойного нападения либо принималось первым в качестве допустимого средства для преодоления сопротивления потерпевших в ходе разбойного нападения.

Кроме того, приговор суда отменен в части решения о взыскании компенсации морального вреда солидарно с обоих осужденных, поскольку по смыслу закона в случае причинения морального вреда преступными действиями нескольких лиц он подлежит возмещению в долевом порядке.

Приговором Сормовского районного суда г.Нижнего Новгорода Нижегородской области от 28 августа 2013 года, Ф. осужден за совершение преступления, предусмотренного п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ, Л. осужден за совершение преступления, предусмотренного п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ.

С Ф. и Л. в пользу Д. в солидарном порядке взыскано: в счет возмещения материального ущерба 420 рублей, в счет компенсации морального вреда 150000 рублей; в пользу И. в солидарном порядке взыскано: в счет возмещения материального ущерба 200 рублей, в счет компенсации морального вреда 50000 рублей.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Нижегородского областного суда от 9 декабря 2013 года приговор оставлен без изменения.

Президиум, изменяя состоявшиеся судебные решения, указал следующее.

Судом достоверно установлено, что 3 января 2013 года Ф., находясь у трамвайной остановки «Сормовский рынок», Сормовского района г.Нижнего Новгорода Нижегородской области с целью совершения разбойного нападения и хищения чужого имущества вступил в преступный сговор с Л.

Делая вывод о совершении преступления группой лиц по предварительному сговору, суд первой инстанции установил, что Ф. и Л. действовали совместно и согласованно, их действия были направлены на достижение общего преступного результата – хищения чужого имущества.

Приведенные в приговоре конкретные обстоятельства разбойного нападения, относящиеся к действиям каждого из нападавших, аргументировано приняты судебными инстанциями как свидетельствующие о взаимосвязанности преступных действий Л. и Ф., высокой степени их скоординированности именно в условиях предварительного достижения между ними договоренности на совершение инкриминируемого преступления.

Вместе с тем, при оценке содеянного Л. в той части, в какой констатированы в его действиях признаки соучастия в разбойном нападении с применением ножа, суд проигнорировал положения ст. ст. 32, 33, 34, 36 УК РФ, что повлияло на законность судебного решения по указанному вопросу правоприменения.

Исходя их взаимосвязанных требований перечисленных норм уголовного закона, мера ответственности каждого из соучастников преступления определяется в каждом конкретном случае его ролью в реализации инкриминируемого преступления, характером опасности его собственных действий и степенью его осведомленности о действиях других участников преступной деятельности, направленных на достижение общего для них преступного результата.

Несоблюдение указанных положений предопределяет ошибки при индивидуализации ответственности соучастников преступления, что имеет место по настоящему уголовному делу.

Так, признавая доказанной вину Л. в совершении разбойного нападения с использованием ножа, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что действия осужденных в этой части были взаимообусловленными, то есть умыслом Ф. и Л., совершивших разбойное нападение группой лиц по предварительному сговору, охватывалось применение оружия – ножа в отношении потерпевших.

Между тем, из показаний потерпевшего Д. следует, что, опасаясь применения насилия к нему и его жене И. со стороны осужденных, он в целях самообороны вытащил из кармана своей одежды складной нож и, показав нож, чтобы напугать Ф. и Л., просил оставить их и дать им уйти, однако Ф. и Л. схватили его за правую руку, в которой он держал нож и стали разжимать ему пальцы, кто-то из них забрал у него из руки нож, он думает, что это был Ф., так как напротив себя он видел Л., которого удерживал за руку. Затем он почувствовал, что ему нанесли удар ножом в область левого предплечья, этот удар ему нанес Ф., левая рука у него заболела, и он отпустил Л., которого держал за руку. Л. толкнул его, а Ф. подставил ему подножку, отчего он упал на землю. Л. прижал его руками к земле и нанес ему удар кулаком в лицо, после чего Л. и Ф. вместе стали наносить ему удары ногами по голове, телу, рукам, после чего он потерял сознание.

Суд признал достоверными приведенные выше показания потерпевшего Д. и сослался на них как на доказательство вины осужденных в совершении разбойного нападения.

Фактически судом принято во внимание, что первоначально при нападении подсудимыми какие-либо предметы для травмирования потерпевших не использовались; при попытке потерпевшего Д. обороняться от нападавших с помощью имевшегося у него при себе ножа Ф. и Л. в качестве ответной реакции на такие действия Д. отобрали у последнего нож, а после этого Ф., у которого оказался нож Д., инициативно нанес ножевое ранение Д. При этом данные действия Ф. в отношении потерпевшего каким-либо образом с Л. не согласовывались и не оговаривались.

Более того, как видно из показаний потерпевшего Д. лично Л. при завладении его имуществом не применял предмета, используемого в качестве оружия, попыток причинения указанным предметом телесных повреждений потерпевшему им не предпринималось, содействия при совершении таких действий, а именно применения предмета в указанном выше качестве, осужденному Ф. он также не оказывал.

Таким образом, в приговоре суда не приведено доказательств, бесспорно свидетельствующих о том, что умыслом Л. охватывалось применение Ф. ножа против потерпевших как ранее оговоренного способа совершения разбойного нападения либо принималось первым в качестве допустимого средства для преодоления сопротивления потерпевших в ходе разбойного нападения.

При таких обстоятельствах президиум пришел к выводу об исключении из осуждения Л. квалифицирующего признака разбоя «с применением предметов, используемых в качестве оружия (ножа)», в связи с чем, снизил назначенное осужденному Л. наказание.

Кроме того, президиум отменил приговор суда в части разрешения вопроса о компенсации морального вреда, указав следующее.

Согласно положениям ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

По смыслу уголовного закона в случае причинения морального вреда преступными действиями нескольких лиц он подлежит возмещению в долевом порядке.

Принимая решение об удовлетворении исковых требований потерпевших Д. и И. в части компенсации морального вреда и взыскания с осужденных Ф. и Л. в солидарном порядке в пользу потерпевшего Д. и в пользу потерпевшей И., суд не учел, что такой порядок предусмотрен только при ответственности за совместно причиненный материальный ущерб (ст. 1080 ГК РФ).

Поскольку суд первой инстанции данные требования закона не выполнил и взыскал с осужденных компенсацию морального вреда в пользу потерпевших в солидарном порядке вместо долевого, приговор суда в данной части был отменен с направлением уголовного дела в этой части на новое судебное рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

Постановление президиума от 3 декабря 2014 года

3. Нарушение судом положений ч.1 ст.9 УК РФ, согласно которой преступность и наказуемость деяния определяется уголовным законом, действовавшим во время совершения этого деяния, повлекло отмену приговора.

Приговором Канавинского районного суда г.Нижнего Новгорода Нижегородской области от 2 апреля 2014 года Е. осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ в редакции Федерального закона от 19 мая 2010 года №87-ФЗ.

В апелляционном порядке приговор не рассматривался.

Президиум, отменяя указанное судебное решение вследствие существенных нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона, допущенных судом первой инстанции, указал следующее.

В силу ч. 1 ст. 9 УК РФ, преступность и наказуемость деяния определяется уголовным законом, действовавшим во время совершения этого деяния.

Согласно описательно-мотивировочной части приговора, инкриминированное Е. преступление совершено им 16 января 2014 года.

На момент совершения преступления ч. 2 ст. 228 УК РФ действовала в редакции Федерального закона от 1 марта 2012 года №18-ФЗ и предусматривала ответственность, в том числе, за незаконные приобретение, хранение без цели сбыта наркотических средств в крупном размере.

Однако районный суд, квалифицируя действия Е. по ч. 2 ст. 228 УК РФ в редакции Федерального закона от 19 мая 2010 года №87-ФЗ, нарушил приведенные положения ч. 1 ст. 9 УК РФ, поскольку применил уголовный закон, не действовавший во время совершения инкриминированного Е. преступления.

Кроме того, в соответствии с ч.ч. 1, 2 ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Районный суд констатировал согласие осужденного с предъявленным ему обвинением и постановил приговор в порядке главы 40 УПК РФ, признав тем самым обоснованной предложенную органом предварительного следствия квалификацию противоправных действий Е.

Вместе с тем, из обвинительного заключения следует, что органами предварительного следствия Е. было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ – незаконные приобретение, хранение без цели сбыта наркотических средств в крупном размере.

Из описания преступного деяния, как оно изложено в приговоре, усматривается, что 16 января 2014 года Е. незаконно приобрел и хранил без цели сбыта наркотическое средство в крупном размере.

Однако, приходя к выводу, что обвинение, с которым согласился Е., обоснованно и подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу, суд, соглашаясь с позицией государственного обвинителя, квалифицировал действия Е. по ч. 2 ст. 228 УК РФ в редакции Федерального закона от 19 мая 2010 года №87-ФЗ, предусматривающей ответственность, в том числе, за незаконные приобретение, хранение без цели сбыта наркотических средств в особо крупном размере, что не соответствует тому обвинению, которое было предъявлено ему органами предварительного следствия, и с которым он согласился в судебном заседании.

Тем самым суд нарушил положения ст. 252 УПК РФ, выйдя за рамки предъявленного Е. обвинения, чем ухудшил его положение, что повлекло нарушение права Е. на защиту.

Наличие в рамках процедуры особого порядка принятия судебного решения (гл. 40 УПК РФ) взаимопротиворечивых выводов суда по вопросам, определяющим правильное применение норм уголовного закона, исключает возможность коррекции оспариваемого осужденным судебного решения в стадии кассационного производства.

В связи с изложенным президиум пришел к выводу, что допущенные судом первой инстанции нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона, служат основанием для отмены приговора Канавинского районного суда г.Нижнего Новгорода Нижегородской области от 2 апреля 2014 года.

Постановление президиума от 3 декабря 2014 года

1. Приговор изменен, поскольку данные, свидетельствующие о позитивном постпреступном поведении осужденного в форме его сотрудничества со следствием, не были приняты во внимание судом при назначении наказания, тогда как активное способствование раскрытию и расследованию преступления предусмотрено п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ в качестве безусловного обстоятельства, смягчающего наказание.

Приговором Автозаводского районного суда г.Нижнего Новгорода Нижегородской области от 21 августа 2013 года Б. осужден за преступления, предусмотренные: п. «г» ч.2 ст.158 УК РФ, с применением ч.3 ст.68 УК РФ, к 1 году 6 месяцам лишения свободы, без ограничения свободы;

п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ, с применением ч.3 ст.68 УК РФ, к 1 году 6 месяцам лишения свободы, без ограничения свободы;

п.п. «в,г» ч.2 ст.158 УК РФ, с применением ч.3 ст.68 УК РФ, к 1 году 7 месяцам лишения свободы, без ограничения свободы;

п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ, применением ч.3 ст.68 УК РФ, к 1 году 6 месяцам лишения свободы, без ограничения свободы;

ч.3 ст.30, п. «г» ч.2 ст.161 УК РФ, с применением ч.3 ст.66, ч.2 ст.68 УК РФ, к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, без штрафа и без ограничения свободы.

На основании ч.3 ст.69 УК РФ, путем частичного сложения наказаний, по совокупности преступлений, назначено наказание в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы, без штрафа и без ограничения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

Данным приговором также осужден К.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Нижегородского областного суда от 4 февраля 2014 года приговор Автозаводского районного суда г.Нижнего Новгорода Нижегородской области от 21 августа 2013 года в отношении Б. изменен:

во вводной части приговора постановлено указать на то, что Б. судим 26 апреля 2002 года Автозаводским районным судом г.Нижнего Новгорода Нижегородской области по п.п. «а,в,б» ч.2 ст.158 УК РФ к 3 годам лишения свободы, без штрафа. В описательно-мотивировочной части приговора определено указать на то, что действия Б. по преступлению от 6 декабря 2012 года квалифицированы по ч.3 ст.30, п. «г» ч.2 ст.161 УК РФ, как покушение на грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, с применением насилия, не опасного для здоровья, если это преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.

Президиум по результатам рассмотрения кассационной жалобы осужденного пришел к выводу о том, что приговор подлежит изменению по основаниям, предусмотренным ч.1 ст.401.15 УПК РФ, а именно, в связи с существенным нарушением уголовного закона, повлиявшим на исход дела.

Как следует из материалов уголовного дела, при назначении Б. наказания суд признал в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, наличие на иждивении малолетнего ребенка, состояние здоровья Б., а также явки с повинной по преступлениям средней тяжести.

При этом, как установлено материалами дела, Б., будучи задержанным 6 декабря 2012 года после совершения преступления против Д., дал объяснение, в котором он сообщил об обстоятельствах совершения им и К. противоправных действий в отношении Д. Впоследствии, в своих признательных показаниях, данных при допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого, а так же при проверке показаний на месте, которые были оглашены и исследованы судом первой инстанции, Б. подробно описал обстоятельства совершения указанного преступления, конкретизировал свои действия и роль другого участника преступных действий, чем способствовал следствию в выявлении новых, ранее неизвестных фактов содеянного, имеющих существенное значение для установления истины по делу.

Указанные данные, свидетельствующие о позитивном постпреступном поведении Б. в форме его сотрудничества со следствием не были приняты во внимание судом при назначении осужденному наказания, тогда как активное способствование раскрытию и расследованию преступления, предусмотрено п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ в качестве безусловного обстоятельства, смягчающего наказание.

Исходя из изложенного, активное способствование раскрытию и расследованию преступления Б. президиум признал обстоятельством, смягчающим его наказание по преступлению, совершенному 6 декабря 2012 года в отношении потерпевшего Д., в связи с чем, назначенное Б. наказание за данное преступление соразмерно смягчил.

Постановление президиума от 29 октября 2014 года

2. В соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ смягчающим наказание обстоятельством признается наличие малолетних детей у виновного. При этом, по смыслу закона, непризнание указанного обстоятельства смягчающим наказание должно быть мотивировано в описательно-мотивировочной части приговора.

Приговором Богородского городского суда Нижегородской области от 10 июня 2014 года С. осужден по ч.1 ст.111 УК РФ.

В апелляционном порядке приговор не рассматривался.

Президиум, изменяя приговор, указал следующее.

Часть 3 ст.60 УК РФ устанавливает, что при назначении наказания наряду с характером и степенью общественной опасности преступления и личностью виновного учитываются предусмотренные ст.61 УК РФ смягчающие наказание обстоятельства.

Судом при назначении наказания С. требования ст. ст. 60, 61 УК РФ нарушены.

Так, в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ смягчающим наказание обстоятельством признается наличие малолетних детей у виновного. При этом, по смыслу закона, непризнание указанного обстоятельства смягчающим наказание должно быть мотивировано в описательно-мотивировочной части приговора.

Эти требования закона не учтены судом по настоящему делу.

Во вводной части приговора судом указано на наличие у С. двоих детей 2000 г.р. и 2003 г.р. Указанное обстоятельство подтверждается имеющимися в материалах дела копиями свидетельств о рождении К.В.В., 14 декабря 2000 года рождения и К.Д.В., 24 октября 2003 года рождения.

Факту наличия у С. малолетних детей судом не дано оценки в описательно — мотивировочной части приговора и данное обстоятельство не учтено при назначении наказания.

При таких обстоятельствах президиум признал наличие у осужденного С. малолетних детей обстоятельством, смягчающим наказание, а также пришел к выводу о необходимости соразмерного смягчения наказания, назначенного осужденному С. за совершенное им преступление.

Постановление президиума от 8 октября 2014 года

3. Неправильное определение судом вида рецидива послужило основанием для изменения приговора суда.

Приговором Канавинского районного суда г. Нижнего Новгорода Нижегородской области от 3 июля 2014 года Г. осужден за совершение:

семи преступлений, предусмотренных пп.«в,г» ч.2 ст.158 УК РФ, к лишению свободы на срок 2 года 2 месяца за каждое;

двух преступлений, предусмотренных п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ, к лишению свободы на срок 2 года 1 месяц за каждое;

двух преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, к лишению свободы на срок 2 года за каждое;

двух преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 158 УК РФ, к лишению свободы на срок 10 месяцев за каждое;

преступления, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, к лишению свободы на срок 3 года.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 4 года с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

В апелляционном порядке приговор суда не обжаловался.

Президиум, изменяя приговор суда, указал, что, избранное осужденному Г. наказание нельзя признать справедливым по следующим основаниям.

Исходя из взаимосвязанных положений, закрепленных в ст.ст. 60, 68 УК РФ, при разрешении вопроса о назначении адекватного наказания следует учитывать факт совершения инкриминируемого деяния в условиях рецидива преступлений.

Статьей 18 УК РФ регламентированы понятие и виды рецидива преступлений, имеющие значение как для установления наличия отягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ, так и для определения степени общественной опасности содеянного и личности виновного, которые в силу вышеприведенных норм подлежат учету при избрании наказания.

В соответствии с ч. 2 ст. 18 УК РФ рецидив преступлений признается опасным:

а) при совершении лицом тяжкого преступления, за которое оно осуждается к реальному лишению свободы, если ранее это лицо два или более раза было осуждено за умышленное преступление средней тяжести к лишению свободы;

б) при совершении лицом тяжкого преступления, если ранее оно было осуждено за тяжкое или особо тяжкое преступление к реальному лишению свободы.

Суд первой инстанции признал в действиях Г. наличие опасного рецидива преступлений, мотивировав свое решение тем, что тот ранее судим за совершение тяжкого преступления и преступления средней тяжести, совершил ряд преступлений небольшой и средней тяжести, а также одно тяжкое преступление. При этом судом принималась во внимание и ошибочно приведенная во вводной части приговора погашенная судимость Г. по приговору Автозаводского районного суда г. Нижнего Новгорода Нижегородской области 27 февраля 2006 года за преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, пп. «а,г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, совершенное в несовершеннолетнем возрасте.

Из материалов уголовного дела следует, что на момент совершения преступлений, в совершении которых Г. признан виновным приговором от 3 июля 2014 года, он имел лишь одну непогашенную судимость за совершение преступлений средней тяжести по приговорам от 22 января 2010 года и от 17 марта 2010 года, взаимосвязанных между собой в силу применения правил ч. 5 ст. 69 УК РФ.

При таких обстоятельствах не имелось оснований для признания в действиях Г. опасного рецидива преступлений (ч. 2 ст. 18 УК РФ), данные действия образовывали рецидив преступлений, предусмотренный ч. 1 ст. 18 УК РФ.

Указанное нарушение уголовного закона президиум признал существенным, повлиявшим на исход дела, поскольку оно повлекло неправильную оценку степени общественной опасности содеянного и личности осужденного, а вследствие этого – определение ему несправедливого наказания, в том числе и окончательного по совокупности преступлений.

В вязи с изложенным приговор суда был изменен, снижено наказание, назначенное как за каждое преступление, так и по совокупности преступлений на основании ч.3 ст.69 УК РФ.

Постановление президиума от 15 октября 2014 года

ВОПРОСЫ ПРИВЕДЕНИЯ СУДЕБНЫХ РЕШЕНИЙ

В СООТВЕТСТВИЕ С ДЕЙСТВУЮЩИМ УГОЛОВНЫМ ЗАКОНОМ

1. Пересматривая состоявшееся судебное решение в порядке ст.10 УК РФ суд не принял во внимание, что изменение категории преступления улучшает положение осужденного и влияет на справедливость назначенного ему наказания.

Кроме того, не основан на законе вывод суда о том, что судебное решение не подлежит пересмотру ввиду того, что осужденный просил не пересматривать данный приговор.

Постановлением судьи Выксунского городского суда Нижегородской области от 12 декабря 2013 года частично удовлетворено ходатайство С. о приведении состоявшихся судебных решений в соответствие с действующим законодательством.

В частности, указанным постановлением судьи изменен приговор Выксунского городского суда Нижегородской области от 12 декабря 2011 года:

действия С. переквалифицированы с ч.1 ст.112 УК РФ на ч.1 ст.112 УК РФ в редакции Федерального закона от 7 декабря 2011 года №420-ФЗ, по которой назначено наказание в виде 1 года лишения свободы;

в соответствии с ч.4 ст.74 УК РФ условное осуждение по приговору мирового судьи судебного участка №4 Выксунского района Нижегородской области, исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка №1 Выксунского района Нижегородской области от 19 октября 2010 года отменено;

на основании ст.70 УК РФ по совокупности приговоров к назначенному наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору от 19 октября 2010 года и окончательно назначено наказание в виде 1 года 8 месяцев лишения свободы.

В остальной части приговор от 12 декабря 2011 года оставлен без изменения.

В апелляционном порядке постановление судьи Выксунского городского суда Нижегородской области от 12 декабря 2013 года не обжаловано.

Президиум, отменяя указанное постановление, констатировал, что изложенные в ст.10 УК РФ нормативные положения при рассмотрении ходатайства С. судьей Выксунского районного суда Нижегородской области выполнены не в полном объеме, в связи с чем, состоявшееся судебное решение нельзя признать законным и обоснованным.

Так, Федеральным законом «О внесении изменений в УК РФ и отдельные законодательные акты РФ» № 420-ФЗ от 7 декабря 2011 года изменена редакция ч. 2 ст. 15 УК РФ, в соответствии с которой преступлениями небольшой тяжести признаются умышленные и неосторожные деяния, за совершение которых максимальное наказание, предусмотренное УК РФ, не превышает трех лет.

Исходя из правовой позиции Конституционного Суда РФ по вопросу применения ст. 10 УК РФ, выраженной в Постановлении от 20 апреля 2006 года N 4-П, изменение категории преступления улучшает положение осужденного и влияет на справедливость назначенного ему наказания.

Согласно указанной редакции УК РФ преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 112 УК РФ, за которое С. осужден приговором Выксунского городского суда Нижегородской области от 12 декабря 2011 года, перешло из категории средней тяжести в категорию небольшой тяжести.

Кроме того, федеральным законом от 7 марта 2011 года № 26-ФЗ в санкцию ч.2 ст.161 УК РФ внесены изменения, согласно которым нижний предел наказания в виде лишения свободы из санкции указанной нормы уголовного закона исключен. Тем самым законодатель по-новому определил характер общественной опасности данного преступления – как менее опасный.

Учитывая, что С. приговором Выксунского городского суда Нижегородской области от 14 февраля 2007 года осужден, в том числе и по п.п. «а,г» ч.2 ст.161 УК РФ именно к этому виду наказания, то названный Федеральный закон имеет обратную силу и в силу ч.2 ст.10 УК РФ подлежит применению в отношении осужденного как улучшающий его положение, что, в свою очередь, влечет сокращение назначенного ему наказания в пределах, предусмотренных новым уголовным законом.

Вывод суда о том, что указанное судебное решение не подлежит пересмотру ввиду того, что осужденный просил не пересматривать данный приговор, не основан на законе.

Изменения, внесенные Федеральным законом от 7 марта 2011 года № 26-ФЗ в санкцию наказания по преступлению, предусмотренному п.п. «а,г» ч.2 ст.161 УК РФ, за которое С. осужден приговором Выксунского городского суда Нижегородской области от 14 февраля 2007 года, улучшают его положение, а потому этот закон имеет обратную силу и подлежит применению в отношении осужденного.

Суд первой инстанции при рассмотрении ходатайства С. о пересмотре состоявшихся судебных решений в соответствие с действующим законодательством не учел указанные обстоятельства.

Отсутствие в обжалуемом судебном решении выводов по всем вопросам, подлежащим рассмотрению в соответствии со ст.10 УК РФ, послужило основанием для отмены постановления суда с направлением материала на новое судебное рассмотрение.

Постановление президиума от 8 октября 2014 года

Смотрите еще:

  • Статья 37 фз от 21121994 Федеральный закон от 21 декабря 1994 г. N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" (с изменениями и дополнениями) Федеральный закон от 21 декабря 1994 г. N 69-ФЗ"О пожарной безопасности" С изменениями и дополнениями от: 22 августа 1995 г., 18 апреля 1996 г., 24 января 1998 г., […]
  • Закон о обязательном государственном страховании Закон о обязательном государственном страховании Федеральным законом от 3 июля 2016 г. N 305-ФЗ в наименование настоящего Федерального закона внесены изменения Федеральный закон от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ"Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья […]
  • Страхование жизни здоровья военнослужащих Федеральный закон от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной […]
  • 6 федеральный закон об актах гражданского состояния Федеральный закон от 15 ноября 1997 г. N 143-ФЗ "Об актах гражданского состояния" (с изменениями и дополнениями) Федеральный закон от 15 ноября 1997 г. N 143-ФЗ"Об актах гражданского состояния" С изменениями и дополнениями от: 25 октября 2001 г., 29 апреля 2002 г., 22 […]
  • Ст 23 о психиатрической помощи Закон РФ от 2 июля 1992 г. N 3185-I "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" (с изменениями и дополнениями) Закон РФ от 2 июля 1992 г. N 3185-I"О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" С изменениями и дополнениями […]
  • Закон об обработке персональных данных 2014 Технологии Чем нам грозит закон «О персональных данных» Что будет с персональными данными россиян в 2015 году Совет Федерации одобрил поправки к закону «О персональных данных». Таким образом, 1 сентября 2015 года он вступит в силу. Новые поправки к закону «О […]
  • Томск покупка дома Продажа домов в Томске этажей 1 , соток 9 , дом блочный , 2016 год канализация, электричество, газ этажей 1 , соток 14 , брусовой отопление, водопровод, канализация, электричество этажей 2 , соток 4 , кирпич , 2016 год отопление, водопровод, канализация, […]
  • Статья 11 402 фз Федеральный закон от 6 декабря 2011 г. N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" (с изменениями и дополнениями) Федеральный закон от 6 декабря 2011 г. N 402-ФЗ"О бухгалтерском учете" С изменениями и дополнениями от: 28 июня, 2, 23 июля, 2 ноября, 21, 28 декабря 2013 г., 4 […]